В Киевском «матче смерти» во время войны расстреляли футболистов «Динамо» и «Старт»

Одной из самых известных футбольных игр во время Великой Отечественной войны стал «матч смерти», который состоялся 9 августа 1942 года в оккупированном Киеве. Встреча прошла между советской командой «Старт», составленной из бывших игроков киевского «Динамо», и немецкой командой «Флакельф», которая была собрана из военнослужащих люфтваффе и ПВО. Тогда немцы проиграли со счетом 3:5. Через некоторое время ряд футболистов-киевлян, принимавших участие в матче, оказались в концентрационных лагерях, а некоторые были расстреляны. На основе репортажей, книги и фильма появилась легенда, что якобы перед игрой в раздевалку советской команды вошел немецкий офицер и потребовал под угрозой расстрела проиграть матч. Впервые о расстрелянных киевских футболистах сообщили в статье «Так было в Киеве…» газеты «Известия» от 16 ноября 1943 года. Военный корреспондент Евгений Кригер, который рассказывал о жизни киевлян в немецкой оккупации, писал, что футболистов заставляли асфальтировать улицу перед домом гестапо, а затем всех расстреляли. В 1946 году в украинской молодежной газете «Сталинское племя» была опубликована киноповесть Александра Борщаговского «Матч смерти», а позже вышла его книга «Тревожные облака». В 1958 году вышла книга Петра Северова и Наума Халемского «Последний поединок», которая посвящена событиям, связанным с «матчем смерти», предисловие к которой написал участник той встречи Владимир Балакин. Авторы рассказали о том, как динамовцы работали на хлебозаводе, а после того как победили немцев в матче, некоторые из них зимой 1943 года были расстреляны. Эта повесть стала одним из ключевых произведений, которые внесли вклад в формирование легенды. В 1963–1964 годах на киностудии «Мосфильм» вышел художественный фильм «Третий тайм» об игре футболистов «Динамо» с немецкой командой. В нем упоминались две игры киевлян, после которых всех игроков убили за непокорность оккупантам. Был ли в действительности «матч смерти» После оккупации Киева в сентябре 1941 года довоенные спортивные клубы, в том числе и киевское «Динамо», фактически прекратили свое существование. Многие игроки ушли на фронт, оказались в плену или погибли. Оставшиеся в городе футболисты столкнулись с проблемами выживания в условиях оккупации. Поиск работы стал первоочередной задачей. Ключевую роль в создании «Старта» сыграл довоенный спортивный функционер и тренер, получивший во время оккупации должность директора киевского хлебозавода, чех Иосиф Кордик. Он начал приглашать на хлебозавод футболистов, которые остались в городе и нуждались в работе. На хлебозаводе постепенно собралось достаточное количество профессиональных футболистов, в том числе из «Динамо»: Николай Трусевич, Михаил Свиридовский, Макар Гончаренко, Федор Тютчев, Михаил Мельник, Иван Кузьменко, Алексей Клименко, Николай Коротких, Павел Комаров. Так образовалась команда, которую и назвали «Старт». Она начала проводить матчи с командами, которые были созданы при предприятиях и воинских частях. Первая игра против «Руха» состоялась 7 июня 1942 года и завершилась победой со счетом 7:2. После этого были игры с командами, составленными из немецких, венгерских, румынских солдат. Всего «Старт» провел девять игр. 6 августа прошла встреча и с «Флакельфом», которая завершилась поражением немцев со счетом 1:5. Уже через три дня, 9 августа, прошел матч-реванш на стадионе «Зенит» в Киеве. Тогда «Старт» вновь победил команду из немецких военнослужащих со счетом 5:3. Через неделю, 16 августа, «Старт» выиграл у «Руха» с разгромным счетом 8:0. И это был последний матч этой команды. Спустя два дня после матча с «Рухом» начались аресты игроков «Старта». В гестапо оказались Трусевич, Кузьменко, Клименко, Свиридовский, Комаров. Через несколько дней — Гончаренко, Тютчев и Коротких. Часть из них отправили в концлагеря. Футболистов, работавших на Первом хлебозаводе, арестовали на рабочем месте, когда рабочие грузили муку на склад. Были ли аресты связаны с игрой против «Флакельфа»? Официальных доказательств тому, что игрокам «Старта» угрожали смертью перед матчем, нет. Выжившие футболисты допускали, что смерть футболистов была связана с предательством. Кроме того, игроков обвиняли в том, что, работая на заводе, они бросали битое стекло в муку, которая предназначалась для немецких организаций в Киеве. По показаниям Свиридовского в феврале 1944 года, их обвиняли в том, что «Динамо» было организовано НКВД, «а раз так — значит, цель организации понятна…». Свиридовский отмечал, что из восьми арестованных был освобожден только Балакин, который до войны играл за киевский «Локомотив». Последним 6 сентября 1942 года был арестован Коротких, который погиб после того, как немцы выяснили, что он был офицером НКВД. Александр Ткаченко 8 сентября 1942 года был застрелен при попытке бегства. Какова судьба советских футболистов «матча смерти» Остальных футболистов продержали в гестапо в одиночных камерах около месяца. В сентябре 1942 года их перевели в Сырецкий концентрационный лагерь без определенного срока содержания. Там Михаил Путистин работал электромонтером, Тютчев и Комаров — его помощниками, Свиридовский и Гончаренко — в сапожной мастерской, а Трусевич, Кузьменко, Клименко и Тютчев были в выездной бригаде. В феврале 1943 года несколько игроков «Старта», в том числе Николай Трусевич, Иван Кузьменко, Алексей Клименко и Николай Коротких, были расстреляны в Бабьем Яре. Один из первых руководителей спортивного общества «Спартак» Николай Старостин в своей книге «Звезды большого футбола» отмечал, что Трусевич являлся выдающимся вратарем. «Безвременная смерть от рук гестаповцев вместе с другими игроками киевского «Динамо» не позволила его таланту развернуться в полную меру. Но имя Трусевича как гражданина и выдающегося вратаря останется в памяти всех, кто знает и любит наш советский футбол», — отмечал Старостин. Остальным, кроме Комарова, удалось бежать из концлагеря. Из игроков «Старта» в немецкой полиции служили Георгий Тимофеев и Лев Гундарев, которых после взятия Киева разоблачили органы НКГБ и отправили в лагеря. Тютчев бежал из Сырецкого концлагеря в 1943 году. Он переплыл Днепр и присоединился к частям Красной армии. После войны работал разнорабочим, скончался в 1959 году от сердечного приступа. Василий Сухарев с 1944 по 1946 год играл за киевское «Динамо». Он работал детским тренером, возглавлял юношескую сборную Украинской ССР (1969) и был награжден медалью «За боевые заслуги» (1964). Владимир Балакин после Великой Отечественной войны перешел в «Динамо» (Киев). После окончания карьеры футболиста работал тренером в детской команде «Искра». Гончаренко после войны прошел проверку НКВД и получил разрешение вернуться в киевское «Динамо». В 1946 году играл за «Пищевик» (Одесса), а в 1947-м завершил карьеру в клубе «Спартак» (Херсон). После завершения карьеры работал тренером. Павел Комаров, который был вывезен немцами на территорию Германии в 1943 году, работал инженером на заводе Мессершмитта. В конце Второй мировой войны жил в Шотландии, где играл в командах нижних дивизионов, позже перебрался в Канаду, где и скончался. Решение прокуратуры Гамбурга В сентябре 1964 года указом президиума Верховного совета СССР медалью «За отвагу» посмертно наградили футболистов—участников «матча смерти» в 1942 году Трусевича, Клименко, Кузьменко и Коротких. Также Балакина, Гончаренко, Мельника, Путистина, Свиридовского, Сухарева — отметили медалью «За боевые заслуги». Не наградили Александра Ткаченко и Федора Тютчева. Прокуратура Гамбурга в 1974 году возбудила дело о «матче смерти». Оно было закрыто в феврале 2005-го. В заключении прокурора Йохена Кульманна отмечалось, что настоящую причину гибели футболистов установить не удалось. «Футболисты Трусевич, Кузьменко и Клименко расстреляны вместе с другими узниками в Сырецком концлагере по приказу начальника лагеря Пауля Радомского весной 1943 года — спустя большой промежуток времени после игры 9 августа 1942 года», — отмечал прокурор. По словам Кульманна, возможным поводом для массового расстрела в Сырецком лагере была попытка покушения на шефа гестапо, однако точных данных об этом нет. «Есть и другие версии — за диверсию подпольщиков, которую они осуществили на Киевском механическом заводе 23 февраля 1943 года, за попытку побега узников», — отмечал он. По словам Кульманна, что точных данных о событиях, которые происходили в гестапо в Киеве, нет. «Свидетелей нет. Фамилии возможных преступников неизвестны или не названы. Таким образом, нет оснований возбудить новый процесс», — добавлял он.